— У меня, между прочим, была причина! — пискнул он оттуда. — Серьёзная, чувачок.

— Готов выслушать.

— А ты угадай с трёх попыток.

Наглость этого кабыздоха переходила всякие границы. Я осмотрелся в поисках чего-нибудь тяжёлого. Камня, бутылки, а лучше всего — урны. Такой, знаете, пудовой ёмкости, литой из чугуна… Сквер был хоть и диковатым, но подходящие метательные снаряды отсутствовали. Я вздохнул. Продираться сквозь ветки голышом, чтоб взять поганца за шкирку, — радости мало. К тому же не факт, что охота будет успешной. Бесёнок осторожен словно шпион и вертляв как уклейка.

Распрощавшись с идеей немедленного отмщения, я начал укладывать одежду обрат-но в пакет.

— Почему не отгадываешь? — с детской наивностью поинтересовался Жерар через пару секунд.

— Мучительно выбираю ответ, — огрызнулся я. — Слишком много вариантов в голову приходит.

— Ну, Пашенька… Ну назови любой. Мне очень-очень важно узнать твоё мнение!

Что ты с ним поделаешь. Скотина он, конечно. Но до чего ж обаятельная.

— Окорочка озябли, — буркнул я.

— Колоссально! В точку. А как догадался? — Из-под акации выглянула не по-собачьи любопытная морда. Шерсть на ней намокла и свисала сосульками, только ушки по-прежнему лихо топорщились. Я представил, как сейчас выглядит остальная шкура Жерара, и понял, что участь моих джинсов и футболки предрешена. Быть им мокрыми, грязными, мятыми и воняющими псиной. Если, конечно, не принять мер по сохранению.

— Очень просто. Аналогию провёл, — буркнул я и подвесил пакет высоко на сучок. — С собой.

Жерар проследил за моими действиями тоскливым взглядом.

— Ну, ты-то сам виноват, что замёрз, — сказал он, высовываясь уже наполовину.

Посмотрел, как я отреагирую, понял, что экзекуция отменяется, и выбрался целиком. Отряхнулся, разбрасывая брызги и налипший мусор, после чего продолжил: