Народу в зеркальном фойе прибавилось, гости стояли группками и оживленно болтали.

- Тина, привет!

Ее окликнул Матиас, здешний врач. Рядом с ним Тина увидела Джеральда и Ольгу. Все трое были в белой форме с эмблемой "Сиролла" - сверкающей трехгранной призмой в золотом кружочке.

- Твоего гинтийца поймали, - сообщил Матиас. - Он уже успел заключить несколько разорительных для себя контрактов, отдал все наличные официанту в кафе, а свои туфли подарил роботу-уборщику, который хотел смахнуть с них пыль. Потом начал приставать к охранникам - ходил за ними по пятам и спрашивал, что он должен для них сделать, тут-то его и сцапали. Отдыхает сейчас у меня, в медотсеке. Разумеется, все его сделки, заключенные под действием наркотика, будут признаны недействительными. - В голосе Матиаса звучала легкая тревога. - Черт, если он подаст иск о моральном ущербе... Я надеюсь, удастся его ублажить, когда очухается.

Тина кивнула. На душе было муторно: а если бы отравленная игла досталась ей?.. У Матиаса запищал на волосатом запястье передатчик. Врач приложил его к уху, выслушал сообщение и с досадой поморщился.

- Я пошел, ребята. Была одна древняя пословица про дураков, сейчас не припомню...

- А что там? - полюбопытствовал Джеральд.

- Два извращенца проникли на кудонский стриптиз. Сейчас оба в глубоком трансе и нуждаются в помощи. Охранник сказал, это граждане Манокара. Извини, Тина, я не хотел в твой адрес...

- Да ничего. - Тина усмехнулась. - Я еще десять лет назад перестала быть гражданкой Манокара.

- Пока. - Матиас устремился к служебному лифту.

- Слушай, - оглядевшись, Джеральд заговорщически подмигнул, - а ты, случайно, не имеешь к этому отношения?