В селении они впервые за последнюю неделю отвели душу. Время было осеннее, и дехкхане успели запастись и вином, и зерном, и уже готовились к празднику забоя скота. Наемники выгребли и съели все, что нашли, кроме огромного количества лука и сыра, которые были оставлены на дорогу - это была привычная походная еда. Угнали и весь скот. Особенно в разграбленном селении их порадовали бездонные ямы, обмазанные известью и содержащие вино, которое так хранили после необычайно богатых урожаев, когда не хватало амфор и прочей посуды.

Перед тем, как после суточного отдыха тронуться в путь, по приказу Ксенофонта был совершен обряд прощания со всеми погибшими. Поскольку не было возможности предать убитых земле, был сооружен так называемый кенотафий пустая гробница - и культ был отправлен перед ним.

На марше Ксенофонт подъехал на своем жеребце к Гаю, который весело шагал, доверив обессилевшему слуге только щит.

- Приветствую тебя, Гай! - сказал Ксенофонт и спешился. - Отчего ты так весел и бодр? - и еще спросил шепотом: - Старина, неужели ты веришь, что мы выберемся из этой передряги?

И Гай тихо, так, чтобы этого больше никто не услышал, рассказал молодому полководцу:

- Одиссей однажды побывал у племени лотофагов. Эти чудаки питались плодами очень коварного растения - кто съедал хоть один плод лотоса, навсегда забывал свою родину, отчий дом и семью и навсегда оставался в стране лотофагов...

Когда гоплит на этом закончил рассказ, Ксенофонт удивленно поглядел в его насмешливые глаза:

- Что ты хотел этим сказать?

- Мы все когда-то объелись лотоса - иначе мы не бросили бы жизнь в тихой Греции и не отправились бы в этот поход, иначе он - этот поход - не стал бы нашим домом. И теперь нам - скитальцам-лотофагам - надо, по крайней мере, свято верить в то, что лотос - самая вкусная пища!..