– Я понимаю, – сказал Холлоуэй. – Не очень-то приятно сидеть и ничего не видеть и не знать, кто к тебе приближается. Но ты вспомни, что Содружество уже не раз побеждало в подобных столкновениях. С кем бы мы ни имели дело на этот раз, мы справимся.

– Да, сэр, – сказал Крейн. – Кроме того, на крайний случай у нас остается «Цирцея».

Холлоуэй поморщился. Да, на крайний случай у Содружества всегда оставалась «Цирцея». Шанс на спасение – и вместе с тем невысказанная угроза. Очень многие нечеловеческие народы, и не только нечеловеческие, были недовольны тем, что приходится жить под этим дамокловым мечом, секрет которого знают только верховные правители Северного Координационного Союза. Очень многие считали, что привилегированное положение Севкоора с его армией миротворцев в политической структуре всего Содружества зиждется на обладании «Цирцеей» – и ни на чем другом. Но прошло уже тридцать семь лет с тех пор, как «Цирцея» продемонстрировала свою чудовищную разрушительную мощь на Келадоне. И больше военные Севкоора ни разу не применяли это оружие. «Цирцея» сохраняла мир одним своим существованием.

Холлоуэй посмотрел на тахионный дисплей и сдвинул брови. Возможно, на этот раз все будет иначе.

– Да, – тихо сказал он. – У нас остается «Цирцея».

Глава 2

Только после обеда, когда убрали пустые тарелки и подали кофе со льдом, Николай Донезаль наконец задал вопрос, которого с самого начала ожидал лорд Стюарт Кавано.

– Итак, – промолвил Донезаль, осторожно отхлебывая напиток и слизывая с верхней губы хрустящие иголочки льда, – не пора ли поговорить о деле? Или будем делать вид, что ты явился сюда исключительно из ностальгических чувств?

– Что мне всегда нравилось в тебе, Николай, – улыбнулся Кавано, – так это поразительное сочетание душевной тонкости и прямоты. Во время обеда ты ни словом не обмолвился о деле, после чего сразу же взял быка за рога.