– Я попробую. – Рико склонился над настроечной панелью. У него на лбу выступили капли пота. – Но ничего нельзя гарантировать.

– Как получится – так и получится, – сказал Фей-лан. – Стреляй, как только закончишь расчеты.

– Да, сэр. – Рико закончил программирование и нажал на пусковые кнопки. «Киншаса» трещала и содрогалась, но Фейлан почувствовал знакомый толчок, когда от корабля отделились реактивные снаряды. – Ракеты ушли, – доложил Рико. – Сэр, я бы посоветовал оставить корабль, пока еще работают спасательные капсулы.

Фейлан снова посмотрел на мониторы статуса корабля, и его сердце мучительно сжалось. «Киншаса» была практически мертва. И теперь, когда его корабль погиб, у Фейлана остался только один неисполненный долг.

– Согласен, – мрачно ответил он. – Ховер, передай всем: мы уходим. Всем секциям немедленно закапсулироваться и отделиться от корабля.

Аварийный сигнал тревоги прервался и сменился сигналом к немедленной эвакуации. В дальнем конце капитанского мостика один за другим гасли огни – боевые расчеты поспешно отключали свои посты от корабля и запускали проверку индивидуальных систем жизнеобеспечения.

Но у Фейлана как у командира оставалась еще одна задача. Он должен позаботиться о том, чтобы вражеские мясники ничего не узнали о Содружестве, когда будут изучать обломки корабля. Фейлан откинул нижнюю крышку на командирской приборной панели и начал одну за другой нажимать кнопки. Уничтожение навигационного компьютера, уничтожение вспомогательного навигационного компьютера, уничтожение компьютера с архивом информации и бортовым журналом…

– Дежурная команда на мостике докладывает о готовности, капитан, – сообщил Рико с ноткой нетерпения в голосе. – Можно нам начинать инкапсулирование?