И в городе последователи Шауна построили три храма.
И справа был храм для молодых, и слева был храм для старых, и третий храм был для древнейших, и в третьем храме все двери были заперты и запретны – никто и никогда не переступал порога храма. Однажды ночью, когда Шаун наблюдал за тремя Богами, сидящими в бледных лучах на фоне горы, он увидел на верхних склонах горы двух Богов, которые беседовали и указывали на Богов горы с насмешкой, только он не слышал ни звука. На следующий день Шаун рассказал об увиденном и несколько человек последовали за ним, чтобы подняться на верхние склоны горы в холодное время и найти Богов, которые были столь велики, что они насмехались над тремя молчаливыми божествами. И около этих двух Богов они остановились и построили себе хижины. Также они построили храм, в котором Двое Великих были вырезаны рукой Шауна: головы изваяний были обращены к собеседнику, усмешка была на Их лицах и презрение – в Их жестах; а внизу были вырезаны три Бога горы как актеры, играющие в игры.
Никто не вспоминал теперь Азгула, Тродата, Скана и Руга, Древних Богов.
Много лет Шаун и его немногочисленные последователи жили в хижинах на вершине горы, поклоняясь Богам, которые насмехались над другими Богами, и каждую ночь Шаун видел этих двух Богов при свете звезд, когда они смеялись в тишине. И Шаун становился все старше.
Однажды ночью, когда его глаза были обращены к этим Двум, он увидел за горами вдали великого Бога, восседающего на равнине и досягающего до самого неба. Великий Бог сердито смотрел на Двух, когда они сидели и насмехались. Тогда сказал Шаун немногим людям, которые следовали за ним: