...Звуки волынки утонули в конском топоте. Малиновые стяги трепетали под холодными влажными поцелуями ветра, приносившими запах конского пота и разгоряченных человеческих тел. Коричневые фигуры, по пояс погруженные в молоко утреннего тумана, медленно надвигались на черно-серые шеренги, ощетинившиеся длинными пиками.

Небо на востоке бледно зарумянилось...

Красно-голубой шар стремительно катался по белой поверхности ринга. Несчастный рефери вцепился короткими ручками в канаты и завис на них, смешно поджав толстые ноги.

На середине помоста сумасшедшая карусель остановилась. Красавчик неожиданно легко стряхнул с себя гигантскую тушу Гориллы и с размаху сел верхом на черное тело, размазанное по снежной поверхности ринга, впечатывая розовую, бугрящуюся бицепсом руку между лопаток соперника. Чернокожий взревел раненным слоном и попытался сбросить сидевшего у него на пояснице Дэйва. Рывок... еще один...

...С высокого холма можно было увидеть огромное скопление пеших и конных воинов, прятавшихся в туманной лощине. Слабый белесый пар от учащенного дыхания поднимался над ними.

Украшенные бронзовой чеканкой боевые рога возвестили о начале сражения. Серая масса дрогнула и, как потерявшая равновесие лужица ртути, потекла на большой болотистый луг, где, ощетинившись длинными пиками и серебристой сталью мечей, воинов ожидала другая армия, под желтым стягом с черной головой быка.

Звон металла, конское ржание, крики...

- Убей его, убей! - отдавалось под сводами зала.

Успевший вырваться Лэбс разбежался и, словно пушечное ядро, врезался в оградительные канаты, используя их пружинящую силу. Красавчик кряхтя поднялся на четвереньки. Его светлая шевелюра растрепалась и теперь походила на сноп свежего сена. Разогнув мускулистую спину, он оторвал сжатые кулаки от пола и, сгруппировавшись, приготовился к отражению атаки летящего на него Гориллы, оравшего во всю глотку нечто невнятное и нецензурное.