Последнее время Скворцов не любил, когда его будили посреди ночи: во-первых, утренний сон всегда так сладок, во-вторых, покидать Катюшу и теплую постель не хотелось чертовски. Однако голос приятеля Пашки не оставлял надежд на альтернативу:

— Костик, одна нога здесь, другая там. Дело серьезное: похоже, убийство с изнасилованием.

— Что случилось? — спросила разбуженная звонком жена.

— Труп, — вздохнул Скворцов, обнимая ее. — Придется идти. Не жалеешь, что вышла за меня?

Зорина рассмеялась.

— А как же любовь, которая побеждает все? Кроме того, тут еще и корыстные цели, — добавила она, вставая с постели, — ты помогаешь мне делать карьеру. Мои почитатели уже оборвали телефон в ожидании следующих статей.

— Что касается корысти, я с тобой согласен, — рассмеялся Константин. — Благодаря твоим публикациям моя скромная персона попала на первые полосы.

Девушка лежала на маленькой полянке, почти полностью обнаженная, она была вся в крови. Убийца не побрезговал ее одеждой, как в насмешку, оставив погибшей изорванные в клочья трусики и лифчик.

— Зарезана, — определил Станислав Михайлович, произведя осмотр тела. — Похоже на изнасилование, однако с точностью смогу утверждать это только после более тщательного исследования.

— Личность установили? — поинтересовался Константин у Киселева.

— Пока нет, — с сожалением ответил товарищ. — Надеемся найти сумочку. Петька рыщет поблизости.

Словно в подтверждение этой реплики перед ними возник Прохоров.

— Сумочку не отыскал, — доложил он. — Зато в кустах нашел вот это. — Оперативник показал босоножки на высоких шпильках. — Кстати, по ним можно проследить путь потерпевшей: тропинка еще не совсем просохла от недавнего дождя, и отпечатки каблуков прекрасно сохранились.