Черная фигура скользнула в проеме между «порше» и микроавтобусом. Рассел прыгнул и, перелетев через две машины, оказался на крыше автобуса. Теперь седая голова маячила прямо у его ног. Нэш занес меч. Острая как бритва катана на взмахе в один миг перерубила трубу водоснабжения и кабель сигнализации, проходившие по балке потолка.
Ледяной душ из отверстия в трубе обрушился на голову седого. Тот зашипел и вскинул вверх руку с оружием.
Рассел спрыгнул с капота — и в эту секунду лезвие узкого меча словно обвилось вокруг самурайского клинка, выбивая рукоять катаны из рук хозяина. Катана, сверкнув в желтом свете бирюзовым бликом, перевернулась в воздухе и исчезла под колесами дорогого «рено».
— Ну, Мак-Лауд, что мы теперь будем делать? Все-таки умирать?
Седой медленно надвигался на прижавшегося к мокрому металлу Рассела.
В десяти ярдах от него за старой моделью «форда» на стене висел пожарный щит с большим топором и длинным багром.
Рассел присел, уворачиваясь от удара, и вжался в дверцу автобуса, которая разошлась над его головой от разрушительного удара стального лезвия. В следующую секунду он уже мчался к щиту. Промокшая насквозь одежда прилипла к телу, мешая свободно двигаться, но Нэш благополучно добрался до щита, резкими прыжками ускользая от преследующего его вездесущего гибкого клинка.
Руки впились в липкую от грязи рукоятку багра. Седой методично взмахивал своим мечом-шпагой, и с каждым последующим ударом древко багра становилось короче на несколько дюймов. Рассел продолжал отступать, сдавая позиции, с каждым шагом отдаляясь от машины, под которой лежало его верное оружие.
Еще одна атака седого — и в руках Нэша остался лишь небольшой обрубок буковой рукоятки. Плотно сжатые губы седого дрогнули, обнажая ровные ряды белоснежных зубов в нехорошей кривой улыбке:
— Я напоминаю: должен остаться только…
Он не договорил. Рассел бросил обрубок древка в голову седого. Узкое лезвие молниеносно взметнулось, рассекая летящий предмет на две половинки, одна из которых все же ухитрилась сбить с переносицы темные очки.