— Молодец. Не обязательно передавать дословно, можно и своими словами. А теперь убирайся. Но помни — если я поймаю тебя еще раз на нашей территории, немедленно приведу в исполнение смертный приговор катонийского суда. Катаххан! — рыкнул он во весь голос, так что со стен посыпалась влажная труха.

— Да, сан генерал? — в хижину вошел высокий сапсап с наполовину седой головой. Длинный скорострельный "боко" с пламегасителем и ночным прицелом он держал в руках с небрежностью землекопа, давно сроднившегося со своей лопатой. Дуло штурмовой винтовки недвусмысленно нацелилось посланнику в грудь.

— Не сочти за труд, найди нашему гостю провожатого. Пусть доведет его до границы и проследит, чтобы тот ее пересек. Попытается бежать или сопротивляться — пристрелить на месте. И рацию мне сюда. Через десять минут уходим.

— Так точно, сан генерал, — сапсап кивнул.

Сильная рука вздернула Коосина на ноги. Дентор наклонился к лицу посланника, и тому вдруг показалось, что в глубине зрачков гиганта мерцают едва заметные красные искры.

— Пошел вон, ублюдок! — медленно, четко артикулируя слова произнес генерал. — Попадешься еще раз — прикончу.

У Коосина закружилась голова, и сердце провалилось куда-то к копчику. Что-то творилось с ним, страшное и непонятное. Взгляд гиганта вонзился в самые потаенные глубины сердца посланника, и он внезапно осознал, что сегодняшнего ужаса не забудет до конца своей жизни.

Чтоб он еще хоть раз в жизни сунулся в Сураграш? Ну уж нет. Лучше сразу застрелиться.

"Момбан, контакт. Дентор в Канале. Момбан, можешь на минутку отвлечься?"

"Момбан в канале. Да, господин Дентор. У меня достаточно ресурсов для поддержания канала. Разумеется, я слушаю".

"Я тут одну сволочь в твое ведомство отправил…"

"Поправка: с твоей личностью в течение последних суток непосредственно связано восемь новых нэмусинов. Кто конкретно имеется в виду"?