— Ничего интересного! — огрызнулась Мира. — И вообще, зря мы сюда пришли. Все равно ничего не получится.

— Струсила! — ехидно сообщила ей Бохака. — А сама-то кричала, что тебе как нечего делать сюда пролезть и парса вызвать! Что, перепугалась?

— Ничего я про нечего делать не говорила! — от возмущения Мира даже повысила голос. — Ты сама придумала! Я только сказала…

— Да тихо вы! — шикнула Хана. — Потом доругаетесь. Давайте поближе посмотрим.

Она завозилась, протискиваясь между ветками так, чтобы ненароком не изорвать форму в клочья, и оставляя на шипах синие нитки. Мира, поколебавшись, решительно полезла за ней. Бохака, как самая осторожная, замыкала цепочку. Отряхиваясь от прицепившихся к одежде листиков и веточек, подруги остановились в трех шагах от псевдопортала.

— Подумаешь! И ничего особенного… — пробормотала Мира. — И чего взрослые к ним подходить запрещают?

— Потому что на торговлю с другими измерениями — государственная пошлина! — назидательно подняла палец Бохака. — А представь, что каждый желающий порталом пользоваться сможет где захочет? Сразу никаких тебе доходов у государства.

— Если только из-за пошлины, то при чем здесь мелочь? — презрительно фыркнула Хана. — Всем известно, что торговать можно только через большие постоянные порталы. А мелкие дольше трех дней не держатся, да и через них никогда ничего не проходит.

— Вот именно, — согласилась Мира. — А зачем еще запрещать?

— Затем, что взрослые всего боятся, — Хана презрительно задрала нос. — Они в каждом сполохе намечающийся Прорыв видят. Мы через полтора года на Границу отправляемся, с чудищами драться насмерть, а нас все за малышей считают.

— Сто раз вам говорили, что все пункты Устава кровью написаны, — педантично напомнила Бохака, поправляя очки. — А в Уставе ясно сказано: при обнаружении нестабильного псевдопортала установить ограждение радиусом не менее пяти саженей и обеспечить недопущение гражданских до его исчезновения. Раз сказано, значит, таким порталом когда-то кого-то уже убило. Или покалечило, — добавила она после паузы.