Мир вокруг них начал стремительно меняться, все смазалось, закружилось мазками краски, Кию пришла на ум ассоциация с раем из фильма, куда его затащила Лана, на второй день знакомства, но это, явно, было невовремя.

А вокруг уже была другая реальность: маленькая чистая кухня, со столом и тремя стульями, тумба, и плита, а в углу стояла мойка, в противоположном от мойки углу, тихо гудел старый холодильник, посреди этой кухни они с Ланой и стояли. Все было так мирно, солнечные лучики лежали на столе, накрытом льняной скатертью, и на волосах Ланы, но она была какой-то другой, не такой, как он привык ее видеть, она была…младше. Это открытие очень удивило его, ведь по меркам его возраста, она и так была малюткой, всего-то 21 год, а уж сейчас…, она выглядела на 14–16 человеческих лет. Это ошеломило его, какая же она хрупкая и молодая. Ему еще сильнее захотелось защитить ее от всего, но сейчас он не видел угрозы, и это настораживало его. Где же атака?!

Пока Кий думал, Лана задумчиво присела на стул, и начала обводить рисунок на скатерти, видно было, что ей здесь все знакомо и привычно, ничто ее не волновало.

Неожиданно на кухню зашла женщина, она определенно была родственницей Ланы, того же темно каштанового цвета густые волосы, только коротко подстриженные, те же глаза, вот только в ней была злоба, он чувствовал это.

— Роксолана, сколько можно повторять, ты должна пойти в библиотеку, и найти эти книги, меня не волнует, что хочешь ты, — в голосе вошедшей было так мало тепла, что это кольнуло Кия — как можно так говорить с его Ланой? Кстати, так вот, какое ее полное имя — Роксолана, волшебное, сильное имя, почему она стесняется, его? За весь месяц, ни разу не призналась. Но сейчас не время думать об этом. Он, все еще, не до конца понял, что тут происходило. Разговор, тем временем продолжался.