Иван Тропов

КРЫСОЛОВ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГОРОД

глава первая

Машина была новенькая, чистенькая, небесно-голубая, словно только что с конвейера - но без шин. Сами диски остались, колеса никто не утащил. Да и резина далеко не убежала. Она лежала вокруг машины мелко наструганными опилками, словно горсти черного снега.

- Как же меня достали эти жирные твари, - сказал Тягач, разглядывая кремлевскую стену за машиной.

Он щелкнул окурком, отправив его в сторону Кремля этакой крошечной баллистической ракетой, - но пролетела та всего метров пять. Свалилась с курса и упала на брусчатку. Тогда Тягач поднял гранатомет и прицелился в ворота.

- Очумел, что ли! - Живодер поспешно положил руку на гранатомет и опустил толстый ствол. - Дошутишься, остряк-самоучка. Поверят, что хочешь выстрелить, и затопчут, даже помолиться не успеешь...

Он кивнул на машину, небесно-голубой "Сахалин", замерший ровно посередине между ними и кремлевской стеной. Если не считать превращенных в ошметки шин, то в идеальном состоянии. Блеск и красота, собранная отечественным производителем под чутким руководством японских мастеров... Совсем недавно шины обожрали. Еще неделю назад "Сахалина" здесь не было.

- Разбомбить бы этот рассадник, - сказал Тягач. - А потом сверху напалмом.

- Нельзя, - сказал Живодер. - Мало ли, что там внутри... Памятник культуры.

- Ну да, а то как же... Памятник культуры... Стены древнего Кремля... Интеллигенты долбанные, чтоб их всех голубыми елями...

Стас стоял в стороне, засунув руки в карманы и привалившись спиной к микроавтобусу.

Первые числа марта принесли оттепель, но теперь опять ударил морозец. Брусчатка подернулась ледовыми корочками, и сугробы по краям площади все держались. Первый натиск весны выдержали, а людских рук и подавно не боятся. Их тут уж который год не убирают.

Где-то далеко басисто грохотал тяжелый вертолет. Патруль на бреющем полете. Очковтирательство, да и только. Стрелять ракетами в городе запрещено, а высаживать солдат здесь никто не будет...