Наконец, услышав голос проводника, Игнацио облегчённо вздохнул и решил обследовать один из многочисленных мешков, расположенных на стене. Монах попытался раскачаться и зацепиться за каменный выступ. Ему это удалось без труда. Затем он вынул из-за пояса нож и разрезал им мешковину, видимо сотканную из стеблей какого-го местного растения.

Из мешка на него взирало лицо мумии. Ободренный удачей, он полностью разрезал мешок с внешней стороны и постарался высвободить свою находку. Его взору предстала мумия женщины, ибо на шее виднелось ожерелье, а в ушах – серьги из раковин. Эта мумия «сидела на корточках», явно что-то сжимая в руках.

Игнацио попытался высвободить из цепких пальцев (кстати, отлично сохранившихся) некий предмет. При ближайшем рассмотрении им оказалась ритуальная чаша. Она изображала мужчину, вероятно вождя, его же несколькими плотными кольцами обвивал змей.

Игнацио покрутил чашу в руках и, удовлетворённый своей находкой, крикнул:

– Тяните наверх!

Наконец, из шахты, сначала показалась рука иезуита, крепко сжимавшая находку, а затем его голова и плечи.

– Мартин, принимай! – скомандовал он, и монах-помощник ловко подхватил чашу.

Проводник тотчас пришёл на помощь Игнацио и тот выбрался из шахты целым и невредимым.

Мартин тем временем внимательно рассматривал чашу.

– Интересная вещица… – задумчиво произнёс он.

К нему приблизился проводник и тотчас блеснул своими познаниями:

– Тамандуаре, бог чачапойя. – Указал он пальцем на человечка. – Это его змей Колоканна. Он откусывал людям головы.

Монахи одновременно с неподдельным интересом воззрились на индейца.

– Да откусывал! – повторил он, отрабатывая обещанное вознаграждение. – Жертву приводили сюда на крышу храма, змей откусывал ей голову. Ритуальную чашу, наподобие этой жрецы наполняли кровью… Затем её выпивали, тело бросали в шахту, а голову…