— Говори. — Произнёс Мужик, продолжая скалиться.

— Самый крутой, — сказал Кандидат, — Моше Ребейну.

Мужик кинул взгляд на Бывалого, и тот кивнул:

— Был такой крутой, — сказал он. — Из принцев Египта. Кинул братца-фараона на золото и увёл из рабства целый народ, с которым говорил от имени Бога.

— Считается. — Сказал Мужик, загибая палец. — Кто ещё?

— Шимшон. Ну, то есть, Самсон. — Назвал имя Михаил. Мужик продемонстрировал полное непонимание.

— Самсон и Далила! — Подсказывал Михаил Бывалому, а тот лишь морщил лоб, и качал головой. Наконец, спросил:

— Это тот, с длинными волосами?

— Он! — Обрадовался Михаил эрудиции Бывалого.

— Нуууу! — зарычал Бывалый. — Этот Самсон был зверем. Он, в натуре, порвал льву пасть!

— А когда на него напала тысяча филистимлян, — подхватил Кандидат, — он ослиной челюстью отбился от преследования.

— Погорел на бабе, — сказал Бывалый Мужику.

— Да, — сочувственно кивнул Мужик, и закурил.

— Потом был Давид, — сказал Кандидат. — Он был подростком-пастухом, когда попал в армию царя Шауля. Как раз, когда предводитель филистимлян предложил решить исход сражения поединком двух лучших воинов, и выслал для состязания трёхметрового великана Голиафа.

— Выберите человека, — крикнул тот, — и пусть он подойдёт. Если он убьёт меня, мы будем вам рабами, если я убью его — будете служить нам!

Никто не решился противостоять великану, вооружённому дротиком, мечом и луком. И тогда Давид принял вызов. Он вышел на бой с филистимлянином, вооружённый палкой, кожаным ремнём, мгновенно превращавшимся в пращу, и пятью камнями.

— Разве я собака, что ты идёшь на меня с палкой? — Закричал Голиаф, и получил камнем в лоб. Поверженный великан рухнул замертво, а юный воин отрезал голову врага и поднёс её царю. Филистимляне в панике бежали. Давид стал царём и отцом Соломона, мудрейшего из людей.