– Изи.

– Привет, Джон.

Мы пожали друг другу руки.

Лицо Джона словно вырезано из черного дерева, сам высокий и мускулистый – ни грана жира. Он отлично управлял баром или забегаловкой, потому что для него насилие было естественным делом, но он предпочитал обходиться без него.

Джон поставил передо мной выпивку и коснулся моего большого пальца. Когда я взглянул в его карие глаза с ослепительными белками, он сказал:

– Изи, сегодня заходил Крыса.

– Правда?

– Он интересовался Эттой-Мэй и, не получив ответа, спросил о тебе.

– Что его интересовало?

– Где ты бываешь и с кем. Что-то в этом роде. Он был с Ритой Кук. Они собирались к ней вздремнуть после полудня.

– Неужели?

– Я подумал, тебе интересно будет узнать, что твой старый друг здесь.

– Спасибо, Джон, – сказал я. – Кстати...

– Да? – Взгляд его был безжизненный, устремленный в лоб собеседника. Так он смотрел и на клиента, заказывающего виски, и на грабителя, требующего содержимое кассы.

– Кто-то проговорился о домах, которые я купил.

– Угу.

– Ты не рассказывал кому-нибудь о бумагах, которые мы вместе составили?

Сперва он пожал плечами, словно хотел отойти, не отвечая. Но передумал.

– Изи, – сказал он, – если я хотел бы от тебя избавиться, то подмешал бы чего-нибудь в твое питье, и делу конец. Или нанял бы кого-нибудь из этих ниггеров, чтобы перерезали тебе глотку. Надеюсь, ты понимаешь, что я хочу сказать?

– Понимаю, Джон. Но я должен был тебя спросить.

Мы обменялись рукопожатиями и остались друзьями.

Прежде чем покинуть бар, я попрощался с Оделлом. Мы договорились встретиться через пару дней. При этом я чувствовал себя, как когда-то на войне. Тогда я строил планы только на ближайшие несколько часов и вовсе не был уверен, что не погибну за это время.

В моем доме пахло небывалой чистотой.