– Он заключает эту сделку сегодня. Сейчас! Страж юго-западного предела дает в своем городском дворце большой прием, на который приглашена уполномоченный посол империи. По моим сведениям, они планируют сегодня подписать все документы.

Тэйон продолжал размышлять. Ди Шеноэ не сможет контролировать императора... но ведь и император не может быть уверен в ди Шеноэ! Разумеется, если Pay нацепит корону, подписанные им «документы» приобретут силу закона. Но до тех пор это будут всего лишь бумажки, в лучшем случае уличающие стража предела в предательстве, но не имеющие никакой иной юридической силы. Кейлонгцы не могут не осознавать этого. А если еще их в этом «осознании» подтолкнуть...

Таш медленно улыбнулась, видя, что глаза мага заблестели. Совсем по-мальчишески.

– Моя лэри, – выражение лица мастера ветров было... отсутствующим, – что Вы можете сказать о менталитете кейлонгцев?

– Преданные. Сосредоточенные на цели. Фантастически работоспособные. Очень одухотворенные. Очень набожные. – Она нахмурилась, пытаясь не впасть в заученные штампы, а сформулировать свои собственные, полученные при личном общении впечатления. – Они не доверяют магии. Считают, что магия ведет к психической неустойчивости, а потому все, кто практикуют ее, должны быть либо убиты, либо «выжжены» еще в детстве. С точки зрения кейлонгцев, это милосердие.

– И здесь они, вполне возможно, правы, – позволил себе чуть улыбнуться Тэйон. Если брать в качестве примера некоторых из знакомых ему магов... Или хотя бы его самого...

– Их убежденность в собственной правоте пугает. И эта убежденность ведет к глубокому недоверию ко всему, что связано с Лаэссэ. С их точки зрения все жители вечного города психически нездоровы, абсолютно ненадежны и просто опасны. В том числе и те, кто, как я, родился далеко отсюда и полностью лишен магических способностей.

«Вот именно», – подумал Тэйон. Теперь, когда он знал «как?», ответ на вопрос «кто?» пришел сам собой. Пальцы легли на панель управления, и кресло, бесшумно развернувшись, устремилось к кристаллу, установленному точно в центре низкого круглого столика.