Магистр Алория задумчиво вынул из воздуха метательный нож, зависший в двух ладонях от его лица. На этот раз защиты, встроенные в кресло, справились, но, право же, ему надо быть более осторожным. Если бы оружие оказалось должным образом заклято...

Он задумчиво подбросил нож, восхищаясь прекрасным качеством металла и безупречной балансировкой. Потом не без сожаления уронил произведение кузнечного искусства рядом с обезглавленным телом его хозяина. Никогда нельзя брать чужие вещи, тем более такие старые и принадлежащие таким выдающимся семействам. Мало ли какая магия окажется вплетена в их основу. А на этом клинке, ко всему прочему, был выгравирован герб Шеноэ.

Приподняв кресло, Тэйон грациозно развернулся и окинул погруженных в гробовое молчание зрителей ироничным взглядом.

– Есть еще желающие сразиться? Нет? – Он был почти разочарован, когда желающих не обнаружилось. – Ловите свой шанс. Когда еще у меня появится такое задиристое настроение...

В соседнем зале послышались яростные проклятия, двери резко распахнулись, и на паркет выкатился взревевший, точно медведь, Урр, отмахивающийся от полудюжины поочередно наскакивающих на него кадетов. Кажется, магистр Алория был не единственным, кто ввязался в дуэль.

Тэйон поймал себя на том, что с интересом следит за представлением. С таким ему сталкиваться еще не доводилось.

Из поколения в поколение в горных кланах Халиссы разрабатывались и шлифовались навыки ведения боя. В каждом семействе бережно хранились секреты уникального, присущего лишь этому роду стиля. Постепенно магические и боевые приемы слились в единое целое, создавая узоры так называемых «халиссийских плясок». Они бывали разными: от классических тотемных боевых школ до причудливых стилей, предназначенных для работы с конкретным, передающимся от родителей к детям оружием.