Поездка по пригороду немного успокоила его растрепанные нервы. Леон проехал несколько маленьких ферм, расположенных в восточной части города, ярмарки, торговые лавочки и, наконец, стоянку грузовиков, отделяющую сельский Раккун от городского. Осознание того, что он в ближайшем будущем будет патрулировать эти удаленные дороги, оберегая спокойствие на них, неожиданно пробудило в нем чувство благополучия и немалую гордость. Приятный свежий воздух осени пробивался через открытое окно, а восходящая луна окунула все вокруг в серебряное сияние. В конце концов, Леон не опоздает, и спустя какой-то час, официально станет членом раккунской команды.

Кеннеди повернул джип на Байби, направляясь к одной из главных улиц города, ведущей к зданию РПД, и только сейчас вдруг впервые почувствовал, что что-то не так. В первых нескольких кварталах он был немного удивлен, но уже к пятому обнаружил себя в состоянии, близкому к шоку. То, что предстало его взору, выглядело не просто странно… по большому счету, это выглядело невероятно.

Байби являлась первой по-настоящему городской улицей Раккуна; она тянулась из восточной части города, где зданий было не в пример больше, чем земельных участков. Здесь располагались несколько кофейных и закусочных, и еще кинотеатр, в котором, казалось, не показывали ничего, кроме фильмов ужасов и модных комедий. Поэтому Байби была самым популярным местом у раккунской молодежи. Здесь даже имелась пара молодежных забегаловок, где зимой толпам студентов на лыжах подавали пиво и ромовые напитки. Без пятнадцати девять, субботняя ночь — в это время жизнь здесь должна бить ключом.

Но Леон заметил, что среди одно- и двухэтажных кирпичных строений магазинов и ресторанов, выстроившихся вдоль улицы, почти везде царила темнота. Те немногие постройки, что могли похвастаться светом, не выглядели так, будто в них кто-то есть. Вдоль узкой дороги протянулись ряды машин — и по-прежнему ни одного человека. Байби — прибежище скитающейся без дела молодежи и студентов местного колледжа — была абсолютно пуста.