Что-то сжало его лодыжку.

— Нет! — выкрикнул он, рванув пистолет назад.

Та самая девушка, которую он пытался спасти, вцепилась в его сапог одной покрытой кровавой коркой рукой и пыталась подтянуть ближе свое искалеченное тело. Ее сдавленный крик безумного голода слился с воплями остальных, когда она пыталась укусить его за ногу, кровавая слюна стекала по ободранному подбородку и капала на кожаную обувь.

Леон пальнул ей в спину; пронзительный, трескучий выстрел из массивного оружия ослабил ее хватку и с такого близкого расстояния, вероятно, разнес ей сердце. Она дернулась и рухнула на мостовую, а он обернулся и увидел, что остальные стоят меньше чем в полутора метрах от него. Он выстрелил еще дважды, пуля выбила фонтан алых цветов из груди того, что был ближе. Входные отверстия окрасились в багряно-красный цвет.

Парня с подтяжками едва ли побеспокоили две дыры, возникшие в туловище, он лишь на мгновение замедлил ход, затем раскрыл кровавый рот и выдавил шипящий, мяукающий стон, вновь подняв руки, словно пытаясь дотянуться до источника освобождения.

"Должно быть, чем-то накачались, такая огневая мощь свалила бы и слона…"

Отступая, Леон выстрелил снова. И снова. И снова. Пустой магазин упал на асфальт, он вставил новый и опять открыл огонь. А они продолжали наступать, не обращая внимания на выстрелы, разрывающие их зловонную плоть. Это было дурным сном, плохим фильмом, это было не по-настоящему, и Леон понимал, что если он не начнет верить в реальность происходящего, то погибнет. Будет съеден заживо этими…

"Давай, Кеннеди, скажи. Этими зомби".

Отрезанный от джипа, Леон отшатнулся в сторону, все еще отстреливаясь.

Глава 4

"Всечто угодно за ночную жизнь; это место — город мертвых".

Клэр заметила нескольких человек, гулявших по округе, когда она въехала в Раккун, хотя далеко не так много, как должно было быть.