Корабль назывался «Сын Пайара» и был флагманом флота. Гранд адмирал Магум Колим стоял рядом с Эльриком. Как и Дайвим Твар, он был одним из ближайших друзей императора. Он знал Эльрика всю жизнь и поощрял в нем желание изучить все, что только возможно, о боевых кораблях и действиях на море. В глубине души он, может быть, и боялся, что Эльрик слишком учен и нерешителен, чтобы править Мельнибонэ, но он полностью принимал право Эльрика править государством и выражал недовольство и злость, слыша разговоры, подобные тем, какие вел Ииркан. Ииркан тоже был на борту флагмана, но в данное время находился внизу, осматривая моторы.

«Сын Пайара» стоял на якоре в большом гроте, в одном из сотен, встроенных в стены лабиринта и задуманных именно для этой цели – чтобы в нем пряталась боевая баржа. Каждая из золотистых боевых барж была оборудована весельными палубами, на каждой палубе – по 30-40 мест для гребцов по обеим сторонам. Палубы были четырех, пяти, и даже шестиэтажными, а на флагмане к тому же было три независимых рулевых системы. Эти корабли было практически невозможно уничтожить, несмотря на свою массивность, они могли быстро двигаться и очень тонко маневрировать, когда это требовалось. Не первый раз дожидались они врагов в этих гротах. И не последний (хотя когда наступит следующий раз, обстоятельства будут иные).

Боевые баржи Мельнибонэ редко бороздили открытое море в те дни, но когда-то плавали по океанам, как страшные плавучие золотые горы, и наводили страх, где бы ни появлялись. Тогда флот был неизмеримо больше и состоял из сотен судов. Сейчас их осталось меньше сорока. И в полной темноте они ожидали неприятеля.

Вслушиваясь в плеск волн о борт, Эльрик пожалел, что не придумал другого плана. Он был уверен, что и так они, конечно, одержат победу, но сожалел о потраченных жизнях как мельнибонийцев, так и варваров.