– Пятнадцать центов в час за десять часов работы в день. Я тоже не слишком богата. Идёт? Хорошо. Ваши имена?

– Меня зовут Джим Кирк. А его – Спок.

– Меня зовут Эдит Келер, – отрывисто сказала она. – Для начала наведите порядок здесь.

Приветливо улыбнувшись напоследок, она вновь поднялась вверх по лестнице и вышла, оставив Кирка несколько ошарашенным её деловитостью и бесстрашием. Выйдя из оцепенения, капитан осмотрелся, нашёл пару щёток и вручил одну Споку.

– Значит, радиолампы и прочее? – спросил он своего помощника. – Что ж, мистер Спок, одобряю. Думаю, каждый должен иметь хобби. Чтобы не оставалось времени шататься по улицам.

Миссия представляла собой смесь учреждений, которые Кирк с трудом узнавал: отчасти церковь, отчасти столовая, отчасти комната отдыха. Помещение было уставлено столами и длинными скамьями; в одном его конце – там, где работники разливали суп и кофе – имелся небольшой помост. Рядом стоял большой ящик с инструментами, запертый на неуклюжий замок с цифровым диском. За столами по обе стороны от Кирка и Спока оборванные люди ждали без особого энтузиазма. Ближайший сосед, невысокий, с острыми чертами лица, чем-то напоминавший грызуна, окинул их взглядом.

– Вам это не понравится, – с преувеличенно скучающим видом произнёс он.

– Почему? – спросил Кирк.

– Надеетесь поесть на халяву? Тогда придётся вам слушать проповеди мисс Добродетели.

– Добрый вечер, – словно услышав его слова, заговорила Эдит. Она уже шла к помосту и теперь поднялась на него. Унылый вид присутствующих, казалось, нисколько не обескуражил её. Она держалась бодро и непринуждённо. – По-моему, кто-то здесь сказал, что придётся вам заплатить за суп.

Послышался смех.

– Не то, чтобы она была дурнушка, – тихо сказал похожий на грызуна. – Но если бы она вправду пожелала доставить мужчине…

– Заткнись, – сказал Кирк. Затем, перехватив взгляд Спок, он добавил. – Я хочу послушать.