На следующее утро он пробудился с ясной головой. Первый раз за последние ночи ему удалось поспать без сновидений. Киммериец проверил свои ощущения: попытался представить лицо Маленького Брата и — представил. Правда, в глазах его Конан не заметил ничего.

Маленький Брат смотрел на него безмятежно, бездумно, как на незнакомца, но варвара это ничуть не встревожило. Видимо, у Лайтлбро все в порядке, и у Конана все в порядке, поэтому нечего ломать голову. Надо пойти, подкрепиться хорошенько и выпить вина. Здесь отличное вино, хоть за него и не надо платить.

В кабачке было тихо и спокойно. Посетители сидели за столами, не спеша ели, не спеша выпивали. Конан потребовал завтрак: жареного петуха, блюдо овощей и пару кувшинов красного вина. Разгрызая петушиную ногу, киммериец присматривался к посетителям. Люди как люди, ничего особенного. Странно лишь, что все они богато одеты — ни одного оборванца, и… еще более странно — ни одной хитрой и неприятной морды. Хуже! Конан даже замер с набитым ртом. Все, все посетители, включая хозяина и слугу, были просто красавцами. Они тоже поглядывали на Конана, кто дружелюбно, кто спокойно. Ни малейшего признака враждебности или недовольства он не заметил.

— Мир тебе, путник, — услышал вдруг Конан чистый, глубокий голос и оглянулся. Возле него стоял невысокий крепкий мужчина средних лет, одетый в просторную хламиду. Весь облик его словно говорил о том, что этот человек — жрец Митры. Его карие глаза смотрели на варвара приветливо, но с какой-то непонятной грустью.

— Откуда ты, сын мой?

— Я Конан из Киммерии.

— А меня можешь называть Аксель.

Конану сразу понравился этот спокойный и, видимо, сильный человек.