Встревоженный этой пугающей атмосферой, я обернулся и посмотрел на два столба, которые, по словам Энгарта, указывали обратную дорогу в человеческий мир. На мгновение мной овладело искушение повернуть назад. Когда же я снова окинул взглядом новый город, оно пропало в захлестнувших меня любопытстве и восхищении. Я испытал необычный восторг от грандиозности величественных сооружений; сами линии этих конструкций, благозвучие торжественной архитектурной музыки зачаровывали меня до безумия. Я не забыл о том, что побудило меня вернуться на Кратер Ридж, и стал спускаться с холма к городу.

Вскоре ветви желто-фиолетового леса сомкнулись надо мной в виде свода гигантского собора, дрожавшая на фоне роскошного неба листва напоминала великолепные арабески. Время от времени за деревьями показывались стены цели моего путешествия. Но обернувшись и взглянув в сторону другого города на горизонте, я заметил, что его мечущие огненные молнии башни исчезли.

Между тем я видел, как огромные тучи все выше и выше поднимаются в небо и снова начинают багроветь, словно накаляемые космическими тепловыми излучениями. И если я ничего не слышал своими заложенными ватой ушами, то ощущал, как под ногами дрожит земля. В этих колебаниях было нечто странное, что действовало мне на нервы и не давало покоя своей назойливостью, такой же мучительной, каким бывает звук, когда царапаешь пальцем по стеклу или издаваемый каким-либо орудием пытки.

Как и Энгарт, я вышел на гигантскую мощеную дорогу. Я шел по ней в тишине, нарушаемой лишь раскатами неслышимого грома, и уловил другую вибрацию, более высокую, исходившую, наверно, от Поющего Пламени из возвышавшегося в центре города храма, она будто успокаивала меня, воодушевляла и подталкивала вперед, сглаживая своим нежным действием боль, возникающую в нервах после каждого мучительного удара грома.