– Спасибо. – сказал Васильев. Уж очень ему хотелось побыстрее вырваться из этой конторы.

– Вот и хорошо, что мы нашли взаимопонимание. – зарадовался лейтенант. – Я уверен, что и по следующему вопросу мы найдём точки соприкосновения. Васильев изобразил предельное внимание.

– Вы, товарищ, должны понимать, что посильное сотрудничество с нами – это большая честь для любого гражданина, тем более коммуниста.

– Я беспартийный, – перебил Васильев. – И никогда не был членом.

– Странно. – удивился Савин. – Но, в конце концов, это дело времени. Рано или поздно Партия окажет Вам доверие… Так о чем это я?.. Да! Я о том, что сотрудничество – это большая честь.

– Так вы и есть эта самая честь, совесть и разум эпохи? – неискренне удивился Васильев.

– Увы. – с грустью отметил лейтенант. – Честь у нас в Горкоме находится, ум – в Горисполкоме, а совесть в Народном суде.

– А вы тогда что? – задал Васильев нелепый вопрос.

– А мы – прямая кишка. – гордо ответил Савин и, заметив Васильевскую улыбку, добавил. – Без ума, чести и совести всю жизнь жить можно, а Вы попробуйте хотя бы недельку пожить без прямой кишки? То, то!.. Так вот мы и предлагаем Вам сотрудничество. И мы уверены, что с Вашей энергией и работоспособностью Вы окажете неоценимую услугу, так сказать.

– Не имеете права. – спокойно сказал Васильев и, увидев недоумение лейтенанта, пояснил. – Я – иностранный гражданин. Следовательно мою вербовку должен вести отдел внешней разведки. А у вас такого отдела нет.

– Действительно… Как – то не продумали этот вопрос. – разочарованно протянул лейтенант, но тут же воспрял духом. – Но мы ещё встретимся. Вот решим этот вопрос, получим полномочия, так сказать, и встретимся.

Лейтенант Савин выписал пропуск на выход. Васильев сгрёб пакет со своим барахлишком, прихватил на дорожку лейтенантскую сигарету, и оказался на воле.