Изобилие граничащее с идиотизмом. И во имя этого изобилия, которое мне же вроде во благо, я должен "накосить" двадцать пять "обхватов" проклятого тростника Цынь до конца "Трудового Будня". Иначе я рискую быть подвергнутым остракизму, а проще говоря, Групповой Порке, что должно способствовать дальнейшему сплочению и нарастанию трудового энтузиазма.

К сожалению, порка хоть и групповая, пороть будут меня одного, зато всем коллективом, а командор непременно припомнит, что это у меня уже повторное мероприятие (будто он может помнить ЭТО лучше меня).

А посему, "невзирая на Всадника", сольемся в едином трудовом порыве, вливая свой безграничный энтузиазм в общий котел - питающий парами своими мощнейший двигатель прогресса нашей уникальной, по своей Уникальности, цивилизации, которая по структуре напоминает Кристалл, а по форме Великую Пирамиду... Уффф!!!...

Когда я понял, что уже "влил" все что мог влить, не оставив даже на черный день - Светило отсветило и наступил Час Всеобщих Сумерек.

Сумерки. Внезапно из-за горизонта, при совершенно чистом небосклоне, выползла гигантская причудливая тень. Сразу стало прохладно, тень вобрала в себя тепло, свет, день. Словно языки холодного, черного пламени потянулись, лизнули тростниковые плантации. Сумерки.

Незабвенное светило устало пялиться на наши поднадоевшие тела и дела, и стыдливо спряталось за циклопической спиной Города. А может просто нырнуло в городские лабиринты и будет там кутить до рассвета. Ведь не даром, в зыбком ночном мареве, со стороны Города, льется призрачный отсвет неведомой жизни, тревожа атрофирующийся разум и унося надежду и покой. Сумерки.

Неслышно подкравшийся край стремительно удлиняющейся тени, бешеным косматым зверем, неся на спине очертания Города, исчез вдали и затерялся в краю Вечной Ночи. Тьма и тоже Всеобщая...