Автомобиль замер, чтобы пропустить пешехода, но тот не стал продолжать свой путь через улицу, а остановился, слегка споткнулся и, по-прежнему покачиваясь, повернулся к машине. Твердо уперев одну руку в бок, свободной рукой он стал делать машине приглашающие жесты. Мотор хрипло взревел, машина двинулась вперед и — до странности осторожно — подняла прохожего на капот, после чего бесцеремонно сбросила его на мусорные баки у обочины. Машина исчезла в ветреной ночи и лишь мигнула нам задними огнями, прежде чем раствориться за пеленой дождя.

В немом удивлении мы наблюдали за тем, как мужчина выбрался из груды мусора и спрессованных жестяных банок, отряхнулся и, негромко выразив свое неодобрение — всего лишь неодобрение, заметьте! — неуверенно двинулся, уже слегка прихрамывая, мимо нас в тот темный уголок мира, в котором обитал.

Все описанное продолжалось не более нескольких секунд, и, кроме нас, свидетелей происшествия не было. Да и о чем говорить? Незначительный уличный инцидент, результатом которого могли стать даже не выбитые зубы, а разве что пара ссадин. Но здесь было нечто большее, намного большее, чем инцидент как таковой: он обернулся внезапным погружением в мир, который мы поначалу воспринимали как наш родной, но который необъяснимым образом изменился. Иные правила восприятия — идеалы мгновенно пошатнулись, когда погода, здания, дорожные знаки и автомобиль словно сговорились, чтобы объединить свои усилия против непоследовательности и хрупкости человеческой природы. Конечный момент «темной зоны», которому вполне могло бы найтись место на страницах «Рассказов птицы смерти» Харлана Эллисона, так как здесь произошло внезапное отчуждение привычного.

Далее на страницах этой книги вас ждут еще четыре примера такого преображения.

Ситуации, описанные в четырех рассказах, вошедших в этот сборник, могут носить название, известное вам, и даже содержать издавна знакомые вам признаки… Но ведь таковы все аналогии с миром, который мы знаем. А все прочее гарантировано, здесь вся человеческая жизнь… в определенном смысле.