— Кого же, как не нашего блистательного мэра? Он был там, когда я поднялась на второй этаж, толстый и голый, как рыба, а три самые дорогостоящие девицы Столлера цеплялись за него и вопили как резаные. Ну да, я видела медную башку Копперноба!

— Прекрасно, — без выражения произнес Диего. — Ты этого заслуживаешь.

— Сколько энтузиазма! А в чем дело? Ах да, твой рассказ! — Она приподняла бедро и извлекла журнал. Обложка была теперь мокрой и грязной. — Дорогой, пожалуйста, прости! Послушай, ты же можешь оторвать обложку, а то, что под ней — превосходно! И иллюстрация Каттернаха! Как здорово! Я тебе обещаю, что прочту сегодня же.

— А я думал, мы пойдем танцевать. В Винтурианском зале играет Праг…

— Ни за что! Ты, возможно, успел заметить: на мне не бальные туфли. Кроме того, в этом публичном доме я видела кое-какие картинки, они навели меня на некоторые мысли для романа, и мы должны их немедленно воплотить.

— Волузия, пожалуйста…

Волузия наклонилась над столом, шепотом подробно описала Диего увиденное и высказала ряд предположений, которые он, при всем его писательском даровании, затруднился бы оценить чисто лингвистическими средствами, настолько мощно они на него подействовали в плане гормональном.

По пути из ресторана Волузия остановилась у панчборда, оплатила попытку и выиграла.

— Шесть быков! Это пойдет в Фонд вдов и сирот! А может, я куплю Коппернобу тыщу презервативов!

2

Охотники за эгидами

Май приближает Сезонное Солнце на много Кварталов к обитателям Гритсэвиджа, и наконец это могучее, небольшое, низко расположенное светило в разгар дня оказывается почти точно над Районом. В самые ласковые часы оно вызывает к жизни легкую одежду и новые виды отдыха.

Подобно Дневному Солнцу по утрам, Сезонное Солнце при своем первом в году явлении можно увидеть очень низко над жилыми Кварталами.