Звали ее Джилли Копперкорн.

Брэмли покачал головой:

— Важно не придумывать. Важно знать, что такие, как Гун, существуют вне всяких сомнений.

— Да, но ведь кто-то должен был сначала его выдумать, прежде чем он... — Девушка осеклась, заметив, как помрачнел Гун. — То есть...

Брэмли по-прежнему качал головой.

— Без некоего подобия порядка все же не обойтись, — признал он, — ведь если бы мир состоял исключительно из вымышленных вселенных, перемешанных между собой, нас окружал бы хаос. Именно поэтому все зависит от нашего желания ну, скажем так, замечать некоторые вещи. Отличия. Отклонения от нормы. Такие, как Гун, — ну хватит уже дуться. — Последняя фраза предназначалась гоблину. — Тот мир, который мы знаем, — продолжал он, обращаясь уже к Джилли, — существует в основном в силу привычки. Просто мы договорились считать, что он состоит из определенных вещей: с раннего детства, когда сознание ребенка наиболее открыто впечатлениям окружающего мира, нас учили, что вот это — стол, и выглядит он так, там за окном — дерево, собака — это определенное животное, которое производит определенные звуки. Заодно нам сообщили, что Гуна и ему подобных просто нет, и вот результат: мы их не видим, не можем увидеть.

— Так значит, они не выдуманные? — переспросила Джилли.

Тут Гун не выдержал. Поставив поднос на стол, он хорошенько ущипнул Джилли за ногу. Девушка подпрыгнула на месте и глубже вжалась в подушки кресла, пытаясь отодвинуться подальше от ухмыляющегося гоблина и его не внушающих доверия зубов.

— Невежливо конечно, — заметил Брэмли, — зато доходчиво, правда?

Джилли поспешно закивала. Все с той же ухмылкой на лице Гун принялся разливать чай.