Алексей выпрямился, свернул план и сунул в нагрудный карман. С хрустом потянулся и зашагал к дому. Пройти нужно было всего ничего, метров сто от первых деревьев до крыльца, но с учетом того, что уже было известно о доме, это было непросто. - Держись метрах в десяти от меня. И все снимай! - крикнул Алексей Ольге и махнул рукой: - Поехали!

Ольга быстро рассовала по карманам аккумуляторы и кассеты и, включив камеру, развернула видоискатель так, чтобы съемку можно было вести, не поднимая камеру на уровень глаз. Она осторожно двинулась вслед за мужем, который в скором времени должен был стать бывшим.

А тот уверенно шагал к крыльцу дома и даже что-то насвистывал, как показалось Ольге, какой-то бравурный опереточный маршик. «Сколько раз говорила, не свисти, денег не будет», - с раздражением подумала Оля. На такие замечания он неизменно отвечал: «Не дрейфь, Хельга, будут». И продолжал насвистывать, значит, в данный момент пытается отыскать решение какой-то трудной задачи. Ее же такой подход к решению сложных вопросов раздражал. По мнению Ольги, думать следовало в тишине, задернув шторы, закрыв дверь и усевшись в большое кресло с чашкой горячего какао. Это было не единственное их разногласие. Но отчего-то сейчас пришло на ум именно оно.

Камера тихонько жужжала, исправно фиксируя на пленку все, что попадало в пристальный глаз оптики. Ольга не торопясь, но и стараясь не отставать больше, чем на десять метров, шагала за Алексеем, исправно держа его фигуру в окошке видоискателя. Но что это? Фигура мужа на маленьком жидкокристаллическом экранчике пошатнулась, как будто Алексей споткнулся о камешек или зацепился ногой за торчащий из земли корень. Вот он сделал еще два шага и снова споткнулся. На этот раз уже сильнее.

– Снимай! Не останавливайся! - донеслось до Ольги. - Кажется, мы ему не нравимся!

Снимай, дома проанализируем.