Из очередной поездки в покинутый город Марк привез сведения не просто неутешительные. Он привез сведения непонятные. За четырнадцать часов работы в городе он не обнаружил ни одной книги, ни одного рисунка, ни одной записи, ни одной фотографии – ничего такого, что могло бы хоть намеком пролить свет на жизнь планетян. Ничего, кроме безликой бытовой утвари, всяких там холодильников, пылесосов и кастрюль-скороварок. Ничего.

Их капсула не могла самостоятельно перемещаться по планете, неофициально нареченной экипажем Покинутой, так как служила только средством доставки, телезонды не могли залететь в каждый дом каждого города и поселка, а вездеходу для такой работы понадобился бы не год и не два. Система жизнеобеспечения капсулы была рассчитана на двадцать дней поиска плюс три аварийных – но никак не больше. Служба Дальнего Поиска была ограничена теми возможностями, которые мог дать объединенный энергокомплекс Солнечной системы. И с этим приходилось считаться.

Норман вылез из люка, осторожно опустил на пол ящик тестера. Сел, привалившись спиной к стенке блока питания, слушая монолог Марка перед микрофоном.

– Вот что, – произнес он, когда Марк замолчал. – Не очень нравится мне наш блок питания. Не хочу каркать, но вспоминается Анджей.

– Что, уже четыре точки? – Марк сбросил ноги с панели и повернулся к Норману. – Быстро однако.

– Нет, пока две. Еще одна поездка и хватит, будем отчаливать.

– Только съездить надо подальше.

– Посмотрим.

Садовников перекусил в столовой, посидел немного под липами на бульваре, чтобы скоротать обеденное время, а потом поехал в типографию. Оттуда он позвонил в приемную уточнить обстановку, и секретарша Валя передала просьбу шефа быть в шестнадцать на районном совещании во Дворце культуры. Садовников беспрекословно согласился, заскочил в сберкассу заплатить за квартиру, а потом добросовестно отсидел два часа в душном зале и добросовестно все выслушал и записал. К семи он уже благополучно прибыл домой, освежился под душем и направился к Ольге. До отпуска в селении на берегу осталось одним рабочим днем меньше.