- Я ближе к обеду зайду ещё раз осмотреть. Оснований для беспокойства нет, но на всякий случай… Тогда и поговорим. А сейчас извините, я устал как не знаю кто. Впрочем, бутылку старого сладкого вина не повредило бы.

Дальнейшее воспринималось как в тумане. Путь через освещённый утренним солнцем двор, который уже щётками с корнем мыльнянки и известью драили слуги… ворота замка, где статуями застыли двое немолодых солдат… вроде бы в этот переулок?

- Эй, оборвыш, путь к заведению Балка, Бална или как его там… спсиб…

Мелькнул на солнце брошенный босоногому мальчишке медяк, а ватные ноги словно в хмельном дурмане несли своего обладателя кривоватыми пыльными улочками.

- О-о, мой лорд, от вас так несёт смертью - и жизнью? - он даже не нашёл в себе сил рассердиться на проснувшуюся от шума обронённой с пояса шпаги Мазуню.

Либо дура круглая, раз решилась ослушаться приказа чернокнижника. Либо наоборот, присущая женщинам мудрость очередной раз доказала свою правоту. Да и кто их, этих женщин, разберёт - чем они думают? Уж не головой так точно.

- Пей, лорд, - Валлентайн с трудом разлепил глаза, когда оловянный кубок с ароматным старым вином мягко ткнулся в его губы. - А теперь ложись и спи. Я просто полежу рядом, можно?

Да, это так хорошо - засыпать после хорошо сделанной работы, чувствуя совсем рядом биение женского сер… дца…

Степной пожар гудел словно гигантский огненный зверь и мчался по равнине со скоростью урагана. И одинокий всадник, что бешено нахлёстывал коня, стремясь уйти с дороги расширяющейся огненной дуги, казался крошечной точкой. Вот-вот они чуть не соприкоснулись, в бок уже пригрело жаром от близкой полосы огня - но взмыленный жеребец в отчаянном рывке уже вырвался на чистое от сухой травы пятно глинистого такыра. Спасён!

Валлентайн вскочил с постели, бешено поводя по сторонам шалыми и мутными спросонья глазами. Сердце бешено колотилось, гадостное ощущение во рту не стоило даже описывать, а с подбородка на грудь сорвалась капелька пота.