А здесь? Здесь трудно дышать! Здесь гладкий потолок с плесенью ламп и мшисто-ржавым налётом заклёпок. Здесь… Она не человек, а какая-то дохлая рыбка в масле! Говорят, многим нравятся такие консервы. Хотя вряд ли кому на "Фениксе" - на "Фениксе" даже Цырыпыл, усатый талисман исследовательской группы, морду воротит. Он, по классификации ксенобиологов, кот, по форме хвоста и некоторым повадкам - белка, первым оценил новое лакомство, когда командир на безденежье временно превратил гордого исследователя в дальнобойщика-трампа и взял на борт груз консервов, которые из-за месячного таможенного ареста оказались почти единственной пищей всего населения застрявшего в контрольной зоне звездолёта. Тогда и заядлый рыбоед Цырка не выдержал и сердито фыркал на натурпродукт, готовый есть порождение пищевого синтезатора, только бы не видеть плоских банок с рыбой.
Голова уже не болела, тело казалось невесомым - словно сон-воспоминание об обречённой планетке исцелил Натин физически и сорвал все защитные психологические оболочки. Да и ментальные тоже. Телепатку волнами захлёстывало уныние. Чётко осознавая, что так и до суицида недалеко, Натин резко вскочила - перед глазами поплыло - и со стоном повалилась обратно на подушки, мягкие, чуть пружинистые, на пуху неизвестной птицы с неизвестной планеты.
– Мама? - на кровать прыгнул Денила. Почему-то женщина удивилась, когда поняла, что звонкий голосок принадлежал сыну.
– Со мной всё в порядке. Голова закружилась.
– А ты поднимайся медленно, ладно? - он ласково улыбнулся, несмелой рукой прикоснулся к её щеке. - Ой, а мы испугались, когда ты упала! Я вообще не знал, что делать, а дылда… Слай сразу понял! Мам, ты на него не сердись! Он не думал, что ты упадёшь!