– Ликвидировать?

– Уничтожить. В физическом смысле. Убить.

Он смотрит на меня удивленно, но… Удивление в его глазах быстро сменяется пониманием:

– Ваше Высочество, сколько у меня времени на подготовку?

Ого! Про таких пишут: "значительно опередил свое время".

– Браво, князь! К сожалению, к моему глубочайшему сожалению, пока, – я делаю нажим на слове "пока", – пока, я не могу отдать Вам такой приказ. Пока… Ведь вы же понимаете, что посылать в чужую страну с таким заданием верного и надежного человека, – ого, дружок, как ты расправил плечи, когда я назвал тебя "верным и надежным", – это просто подлость. Ни один настоящий командир не пошлет своего подчиненного на верную и бессмысленную смерть. Но вот другой приказ я вам дам, князь. Через два дня я жду от вас докладную записку: количество сил и средств для тайной ликвидации господ Плеханова, Деича, Аксельрода и госпожи Засулич.

– Слушаюсь, Ваше Высочество…

– Подождите, это еще не все. Думаю, для работы вам будет полезно ознакомиться с деятельностью покойного г-на Судейкина, а так же с планами и работой в бозе-почившей "Священной дружины".

– Слушаюсь, Ваше Высочество… – снова кивает Васильчиков. Понятливый…

– Надеюсь, вы помните, как восемь лет назад, в Санкт-Петербурге были студенческие волнения. – Продолжаю я. – И вероятно, вы знаете, князь, чем это закончилось. Сто сорок человек, вдумайтесь, князь, сто сорок будущих врачей, хирургов, оказались за решеткой. А ведь у нас не так много врачей. Как вы считает, что можно было изменить в действиях полиции?

Молчит, не понимает. Но пытается думать. Ладно, придется объяснить:

– Как вы считаете, дорогой князь, если бы при попытке подачи петиции господам студентам набили бы морду пьяненькие мастеровые, это повлияло бы на настроение господ студентов?

– Думаю… конечно, повлияло бы. Могли бы и плюнуть на свою петицию.