Второй - японец. И вряд ли моложе первого: волосы его седы, а глубокие морщины покрывали лицо, напоминающее маску божка хитрости и насмешки. Даже когда он говорил или думал о чем-то серьезном, улыбка таилась в уголках рта и глаз.

Его цветами были белый, красный, оранжевый и золотой. Длинный халат из оранжевого шелка, расшитый алыми драконами и белый широкий пояс. Странный наряд для этого времени и места, ну так что ж - он мог себе это позволить.

Европеец и японец - удивительная пара в том мире, где уже две тысячи лет эти названия были далеким и позабытым прошлым. Старики, помнящие странное. Люди, что видели далекое прошлое, то прошлое, которое вновь вступит в свои права. Не сейчас, чуть позже.

А пока… Пока - крохотная оранжевая птичка.

Инки переступила лапками на краю блюдца, осторожно шагнула на мед. Там, в центре, мед наверняка вкуснее, слаще и ароматнее. Она в блаженстве погрузила маленький клюв в янтарный мед, попробовала угощение и принялась клевать, изредка поднимая голову, чтобы ароматные сладкие капли легче скользили по горлу. Инки не заметила, как ее лапки утонули в тягучей жидкости. Она попыталась шагнуть еще ближе к центру блюдца.

Что?! Кто держит меня?

Инки в ужасе забила крыльями, все сильнее увязая в коварном угощении.

Морщинистая рука осторожно высвободила ее из сладкого плена. Другая рука смоченной в холодной воде салфеткой осторожно стерла мед с ее лапок и перьев. Затем инки невысоко подбросили над столом.

Громко чирикая от обиды и страха, крохотная птичка упорхнула через открытое окно в сад - купаться в пруду, чистить от липкого меда перышки и жаловаться подругам на несправедливость судьбы. Так вкусно, так сладко - и так опасно! Хотя кто ее будет слушать? Ее подружки только весело над ней потрещат и вернутся к обычным делам - ловить мошек, собирать капли нектара с цветов, и хватать на лету сверкающие брызги воды из фонтана.