– Если я правильно тебя понял, она достаточно молода.

– Да… она выдает себя за аристократку из южных провинций, но я прекрасно знаю, что это не так. Впрочем, для меня ее происхождение не имеет никакого значения, гораздо важнее то, что за несколько лет в столице она смогла сколотить целую банду: проститутки, аферисты, рисковые маклеры, и все они, а их не так уж мало, относятся к ней с огромным уважением. Согласись, это не так-то просто – но уж голова у барышни скрипит в самом лучшем виде.

Я слез с подоконника и уселся верхом на стул.

– И она, само собой, ходит под одним из крупных филинов…

Дериц дернул щекой, бросил на меня короткий задумчивый взгляд и медленно покачал головой.

– Нет. Если ты думаешь, что это для нас обязательно…

– Что я могу думать, Энни? Я могу только предполагать – ну, и само собой, задавать дурацкие вопросы.

– Тогда я отвечу тебе так: «филины» не любят яркий свет, а здесь, в окрестностях Сената и королевских канцелярий, слишком много фонарей… ты уловил? Им просто нет смысла соваться на глаза дознавателям, прокураторам и всем прочим. В провинции, да что там – в полусотне миль отсюда они держат в зубах большой кусок власти. А у нас – каждому свой риск.

– И каким же образом блистательному столичному аристократу удается приумножать свое золотишко? Ты считаешь, что, плутуя, сможешь избежать судьбы того несчастного? А если наоборот?

– А зачем мне плутовать? Мир подвижен, как море. Иногда достаточно вовремя узнавать новости, и все…

«Ах вот даже как, – подумал я. – Да ты, парень, куда разумнее, чем я думал, – и с воображением у тебя все в порядке. Пожалуй, стоит благодарить судьбу за этакое знакомство…»

– К тому же, – добавил Энгард после паузы, – королевской службой я не связан и никакие указы и рескрипты не мешают мне заниматься финансовой деятельностью. Верно ведь?

– Верно, – согласился я. – И у тебя уже… м-м – амбиции?