Я приблизился к девушке и с трудом приподнял ее сземли. Она вцепилась чемодан с нечеловеческой силой и попыталась вырваться.

— Где Ноэль? — резко спросил я.

Она молча указала пальцем в сторону молодых сосенок. Я направился туда, ощущая, как кровь снова течет в мой ботинок. На земле были заметны следы торможения. С края обрыва был виден «линкольн». Он валялся внизу в пяти или шести метрах от меня. Машина опрокинулась вверх днищем. От ударов она превратилась буквально в груду металлолома. Капли дождя отскакивали от нее, поблескивая в тусклом свете луны.

Тело Ноэля наполовину вывалилось из кабины, ноги оказались зажаты между рулем и сиденьем. Лунный свет освещал его залитое кровью лицо и сломанную в двух местах руку. Казалось, что у Ноэля два локтя. Несчастный был не просто мертв. Он был страшно изувечен.

— Надо бы сообщить в «Скорую помощь»... — начал я.

Вивьен подбежала ко мне, и я смог получше разглядеть ее лицо. Никогда в жизни мне не приходилось встречать более испуганного человека.

— Он мертв, — зашептала она. — Что может сделать «Скорая помощь»? Идемте! Лучше нам поскорее уйти отсюда.

Я пристально посмотрел на нее, вспомнил про деньги в чемодане и понял, почему она хочет смыться. Повернувшись к девушке вполоборота, я увидел, что она показывает в сторону полоски леса, начинавшегося неподалеку от шоссе.

Внезапно наверху появилась какаято машина, лучи фар осветили ее темный силуэт среди деревьев. Вглядываясь в него, я поскользнулся и очутился на траве. Затем, опомнившись, подбежал к Вивьен. У нее слетели туфли и ноги почти до колен были испачканы в жидкой грязи. «У меня видок тоже не лучше», — подумал я.

— Поняли? — спросила она, указывая на машину. — Надо скорее сматываться.