Разгладив руками измятые джинсы, он посмотрел в зеркало. …А что делать, если другого лица у меня сегодня все равно нет?.. С трудом попав в рукава куртки, он вышел на улицу. Легкий морозец, сменивший вчерашнюю, совсем не зимнюю слякоть, вернул организм к жизни, а уж когда в руках зашипела банка с пивом, стало совсем хорошо. Смахнув снежок, Женя опустился на ограждение, отделявшее тротуар от истерзанной собачьими следами лужайки; сделал первый глоток. Нет, никуда он отсюда не уйдет, пока не замерзнет! Так и будет сидеть, лениво глядя на глупых людей, куда-то зачем-то спешащих мимо.

…Может, ну его, этот роман? – подумал он, – собственно, никто не заставляет его писать. Великого писателя из меня не получится, потому что сейчас «великих» нет, а чтоб стать популярным, надо жить в Москве, крутиться в «тусовке», заводить знакомства. У меня же есть нормальная жизнь… – Женя поднял голову, вливая очередную порцию живительного напитка, – значит тот, первый, рассказывает второму про шабаш. И что дальше?.. А ничего!.. – он мысленно ударил себя по рукам, – ничего! Рассказал и ладно!.. А как же ему выйти на перстень, и что тот из себя представляет? – с сожалением потряс опустевшей банкой, – а чем мне, собственно, еще заниматься, по крайней мере, в отпуске? У Таньки баланс… Сидеть дома и смотреть телек? Устал уже. Рыбалка?.. Морозить на льду задницу?.. Значит, надо найти перстень… Женя полез в карман, и вместе с сигаретами вытащив смятую бумажку, уставился на ровные аккуратные буквы.

…Вот, ведь зараза! Знал, что я клюну, и все заготовил заранее!..