Женя в это время думал о том же, только в другом ключе.

…Интересный расклад получается, – он мысленно усмехнулся, – и никаких свечей не нужно, никакого колдовства – только зачем она мне теперь? Героини нового романа из нее не получится – я чувствую… если сочинить какую-нибудь слезливую мелодраму?.. Но я такой фигней не страдаю – ну, не получится у меня!.. Сознание принялось вытягивать из памяти фрагменты давно канувшие в Лету, но воспоминания внезапно оборвались, когда Женя посмотрел в окно. …А куда я еду? – он увидел супермаркет, находившийся на краю города – возле него и была конечная остановка маршрутки, – раньше, когда меня вела «рыжая», я б на сто процентов знал, что где-то здесь бродит мой сюжет, но «рыжая»-то, похоже, кинула меня… Блин, как без нее сложно!.. Вот, куда б она могла меня направить – не в супермаркет же?.. Поскольку проникнуть в хитросплетения мистических связей Женя не мог, вариант возник самый простой и самый логичный: …А съезжу-ка я к «перуанке»!Вдруг картины все же что-то навеют или она сама расскажет подходящую историю. До семи все равно делать нечего; в семь встречу Дашку… а дальше, посмотрим…

Он перешел на другую остановку и занял место в очереди.

Виталий уже полчаса сидел на кухне, без всякого смысла разглядывая обложку книги, так неожиданно появившейся в его доме. Читать он не собирался – его не интересовало, каким образом «писатель» интерпретировал хорошо известные ему события, но картинка будоражила воспоминания. Под пристальным взглядом, луны стали качаться, совсем как тогда, когда ими являлись они с Кристиной. Нет, Виталий не жалел, ни об их слиянии, ни о несчастной Анхесенамон – жаль было чуда, которое он мог тогда сотворить.