Не приобретайте непроверенные амулеты и сомнительные «дары Леса» на уличных лотках, на барахолках и у подозрительных личностей.

Будьте осмотрительны, соблюдайте правила гигиены и личной безопасности – и желаем вам приятного отдыха в Волшебной стране!»

Лерка захлопнула брошюру, в глянцевой обложке отразился тусклый электрический блик. Один отрадный вывод: Лидия не сумасшедшая и не завравшаяся фантазерка, а носитель мнемотравмы, и то, о чем она рассказывала, было на самом деле в ее другой жизни.

«Хорошо, что я не начала с апломбом взрослого индивида рассуждать на тему «не выдумывай», вот бы села в лужу!»

Небо над Птичьим Станом сиреневое и безбрежное, как будто смотришь со дна океана, и вдали проплывают, лениво шевеля щупальцами, творожисто-бледные медузы… Не медузы, а медузники. Летучие кровососы. Те самые, насчет которых предостерегает глянцевая «Памятка». Лерка сидела в сваренной из металлических прутьев беседке (или клетке?), примостившейся на крыше супермаркета. С потолочной решетки свешивалась гирлянда лампочек, их свет отпугивал парящих в поднебесье упырей, да и меж прутьев этим тварям не пролезть. Она уже успела сходить в Музей Флоры и Фауны, посмотрела на заспиртованных медузников с поганочными «колоколами» величиной с ведро и мохнатыми черно-белыми щупальцами метровой длины, но живые и опасные – совсем другое дело.

– Валерия, ты здесь?

Из чердачного люка в центре беседки высунулась голова Берта, блеснули прилизанные волосы и очки.

Первым делом он украдкой бросил взгляд на ажурную дверцу – задвинут ли засов. Ага, чего еще ждать от туристки, если не целенаправленного и злостного нарушения запретов… Засов был там, где ему полагалось, и Бертран выбрался на крышу, уселся рядом.

Спохватившись, Лерка потянула вниз сдвинутую на лоб «анютину глазку»: прикрыть опухшее лиловое непотребство, пока окончательно не отпугнула кавалера.