
Захлопнув справочник, Стах уточнил:
– Тебе, само собой, нужен истинный?
– Само собой, – игриво отозвалась Эгле.
С ногами забравшись на диван, она куталась во что-то пушистое и льдисто-полупрозрачное, ворсинки одеяния мерцали в свете ночника радужными искрами. Чудо-тряпка с Земли Изначальной.
– Тут сказано, для некоторых видов волшбы. Для каких, если не секрет?
– Секрет, – она передернула точеными покатыми плечиками. – Имей в виду, Инга и кто угодно еще из их шайки не должны пронюхать о том, что ты ищешь для меня «свекольный зуб». Эти – в первую очередь не должны.
– Учту.
– Их влияние растет. Мы стараемся не сдавать позиций, но к осени расклад может измениться. Они потеснили нас и добились контроля во многих областях, это из-за их происков стало так трудно доставать кое-какие необходимые вещи.
В этот раз Стах не стал докапываться, о каких «необходимых вещах» идет речь. Захочет – сама объяснит, не захочет – по-любому толку не добьешься.
Отлеживаясь по больницам после того прорыва, он запоем читал все подряд, лишь бы чем-то занять голову, заглушить нарастающую депрессию. Заглатывал переводную беллетристику с Изначальной, в том числе романы о вампирах. Долгианские писатели этим не увлекаются, никакого романтического ореола: открой на ночь окно – гарантированно кровососов поналезет, уснешь и не проснешься, если только бдительные соседи Санитарную службу не вызовут. Кишащие в ночных небесах медузники свели на нет зловещее очарование литературного вампиризма, но среди иноземных готических книжек все же попадались любопытные и затягивающие. Вампиры там объединялись в тайные общества, вели межклановые войны, подчиняли себе людей, исподтишка влияли на политику… Знакомо?
