Этот сел за стол лицом к любопытствующей публике, с непроницаемым лицом вытянул ноги в ботинках на толстой подошве с высокой шнуровкой под столом и скрестил руки на груди, обтянутой тонким черным пуловером. Обвел зал взглядом и, встретившись глазами с Кириллом, который до того был занят вопросом, кто бы это мог быть, что не успел отвести взгляда, усмехнулся и, подмигнув студенту, занялся засветившимся на его столе меню…

— …говорили, что сегодня должен прилететь старый друг нашего Яна. Они здесь учились вместе… — Макс, наконец, снял наушники и говорил, наклонившись через стол, когда Кирилл повернулся к друзьям. — Потом долго пропадали в разных экспедициях, в одной из них Мохов пропал, а Ян вернулся… Его перестали выпускать за пределы земной орбиты, что-то — с нарушением безопасности… Потом появился Мохов, об этом много писали тогда в инете, я слышал, как отец рассказывал об этом, и с Яна сняли подозрения, тогда он и занялся научной деятельностью…

Макс, всегда погруженный в себя, с наушниками и сонными глазами, был настоящим флегмой, как его называла профессор Ганская. Сейчас же он, напротив, оживился, все связанное с легендами времен открытия космоса всегда вызывало в нем настоящую бурю эмоций.

— Ты думаешь, это и есть тот самый Мохов? — спросил Егор, не сводя глаз со столика за спиной Кирилла, барабаня по столу пальцами.

— Не думаю, а я его узнал, просто видел его фотографию в кабинете у декана. А ты, Кир, что не видел, ты же только что оттуда? — с интересом уставился на Кирилла Макс.

Егор тоже смотрел на него. Ну, конечно, они знают… А, может, пора уже им рассказать? Ведь как-то придется отвозить чертов камешек назад, а помочь может в этом мне только Гоха, только у него есть частный самолет, правда, отца, но это ничего, и он умеет им управлять…