Тоня надела свое лучшее голубое шифоновое платье. Ей его сшили в местном ателье, и так удачно, что все думали, будто это дизайнерская вещь, хотя фасон она придумала сама.

– В чем пойдешь? – на ходу спросила Тоня, словно читая мои мысли.

Она стремительно двинулась по коридору и, зайдя в мою комнату, остановилась перед распахнутым шкафом. На ее лице появилась глубокая задумчивость. Она всегда хотела стать дизайнером одежды и считала, что разбирается в моде. Хотя, насколько я знаю, собиралась поступать в институт на экономиста.

– Красное платье? – бормотала она себе под нос. – Слишком кричаще… такой вырез на спине… Может, маленькое синее… Но оно хорошо на загар, а ты пока еще бледненькая… Блузка и шелковые брюки-зуавы? Но они были пиком в прошлом году… Вот! – торжествующе сказала Тоня и вытащила из шкафа вешалку с длинным вечерним сарафаном простого, но элегантного кроя. Он был оливкового цвета, на узких бретельках и подчеркивал зеленоватый оттенок моих глаз. Мне его мама привезла из Владивостока пару месяцев назад.

– Здрасте! – отчего-то разозлилась я. – В честь чего я так выряжусь?!

– И твои туфли на высоких шпильках! – безапелляционным тоном заявила Тоня. – Жаль, что ты волосы отрезала, а то бы мы их забрали в высокую прическу. И ты была бы королевой вечера! Но мы тебе их сейчас уложим в пышные волны – и будет то, что надо!

Я с сомнением глянула в зеркало. С наступлением весны я вдруг почувствовала, что мне необходимо поменять что-то в себе. Я редко стригла волосы, лишь подравнивала кончики, и в основном носила их забранными в хвост. К тому же на тренировках так было гораздо удобнее. Но тут почему-то захотелось сделать стрижку. Недолго думая, я отправилась в парикмахерскую. Правда потом я анализировала, что же вызвало такое желание. И в глубине души я, конечно, знала причину. Накануне мне снова приснился загадочный молодой человек. Он пристально смотрел на меня, а я не могла оторвать глаз от его прекрасного лица.