- Они не бомбардировали наши колонии...

- Мы тоже, - сказал Ванг. - Теперь у нас нет выбора.

- Но...

- Молчать! - Он приподнялся, одно веко задергалось. - Думаете, мне легко?! - И, немного погодя, таким же бесстрастным монотонным голосом: Они получат тяжелый удар. Мы сможем удерживать этот сектор по крайней мере еще год, что, между прочим, продлит на год войну.

- Ради этого?

- Многое может случиться за год. У нас может появиться новое оружие. Они могут решить, что игра не стоит свеч. Наконец, просто проживут еще год там, дома.

- А если они ответят тем же? - заметил я.

Смелый человек; он встретил мой взгляд.

- Никому не удавалось жить, не рискуя.

Я ничего не мог ответить.

- Если вы сомневаетесь, полковник, - произнес он, - я не стану вам приказывать. Я даже не буду хуже о вас думать. Есть много других офицеров.

И на это мне нечего было сказать.

Да будет здесь ясно видно, как было видно на моем процессе: ни один человек под моим командованием не виноват в случившемся. На всех кораблях эскадры только я один знал истинную задачу. Капитаны считали, что цель рейда в район Савамора - охота за некой укрепленной военной базой, подобной нашей. Офицеры-артиллеристы, очевидно, кое-что могли подозревать, зная характер груза, но слишком низко стояли они на служебной лестнице. И все поверили, что полученная в последний момент информация заставила меня изменить курс не Скопление Кантрелла. Там мы вступили в наш доблестный, кровопролитный и совершенно бесполезный бой, победили и вернулись.

Таким образом, виноват я. Почему?