– У меня есть последние известия, – с надеждой в голосе сказал из-за спины Оркида Харнан. – Срочные сообщения, требующие немедленного ответа.

– Оркид позаботится об этом, – отмахнулась она.

Двое мужчин переглянулись. В их взглядах была покорность судьбе.

– Говорил же я вам, – едва шевеля губами, прошептал Харнан.

– Ваше величество, о его высочестве могут позаботиться и другие, – настаивал Оркид. – Но только вы можете управлять Грендой-Лир.

– Я нужна Олио.

Оркид отошел от дверей, и его место занял страж. Харнан в отчаянии посмотрел на канцлера.

– Мы можем что-нибудь сделать? – спросил секретарь.

Канцлер покачал головой.

– Не уверен. Если б только был какой-то способ помочь ее брату… – Его голос на мгновение прервался, а затем он повернулся и велел Харнану: – Разыщите Эдейтора Фэнхоу.

– Прелата? Все магистры теургии заявили о своем бессилии. По их словам, Ключ Сердца завладел его разумом. Если сами магистры не могут помочь его высочеству, что может сделать этот толстый чиновник?..

– Просто приведите Фэнхоу ко мне в кабинет, – настойчиво повторил Оркид и удалился прежде, чем Харнан успел еще что-нибудь возразить.

Отец Поул, примас церкви Подлинного Бога, вел дневную службу, молясь о душе крошечной искалеченной Ашарны, новорожденной дочери Аривы, которую та потеряла при родах в тот же самый момент, когда потеряла и своего мужа Сендаруса, павшего от руки Линана. Мертвый ребенок был одет, его тело пропитано бальзамирующими мазями, а самые страшные раны прикрыты покрывалом, пропитанным благовониями. Она будет лежать на алтаре королевской часовни, пока не придет сама Арива и не даст благословения на кремацию. Но Арива, по всем сведениям, уже больше суток не покидала своих покоев.

По окончании службы священники удалились выполнять свои обязанности, но Поул остался в часовне – на коленях перед алтарем, с искаженным в гримасе сосредоточенности лицом.