– Фрау ван дер Моор? – спросил Мартин.

– А кто же еще! – Голос у хозяйки оказался хриплый, надтреснутый, как рупор довоенного патефона. – Слуг не держим. Это вы звонили мне вчера?

– Да я, – нетерпеливо произнес Мартин. – Могу я войти?

За дверью немного помедлили, звякнуло еще раз, скрипнули петли, и дверь наконец отворилась.

На пороге стояла заспанная, сердитая женщина лет сорока в самодельных бигуди и застиранном халате.

– Мартин, да? Что-то вы припозднились.

– Простите, – неискренне сказал Мартин, – до вас очень тяжело добираться.

– Ладно, коли уж вы здесь, – заходите.

Фрау ван дер Моор чуть посторонилась, пропуская Мартина в дом. За спиной гостя звякнула накинутая щеколда. Хозяйка подняла повыше допотопную масляную лампу, оглядела Мартина с ног до головы. Наверное, его внешний вид доверия не вызывал, потому что она нахмурилась и спросила:

– У вас с собой сумма, о которой мы договорились?

– Да, – ответил Мартин. – Показать?

– Пойдемте в гостиную.

Гостиная оказалась довольно большой комнатой, сверх меры захламленной мебелью, какими-то коробками и сундуками, да еще вдобавок довольно безыскусно драпированной дешевыми гардинами.

Мартин мельком подумал, что «гостиная» – это, пожалуй, слишком громко сказано.

Фрау ван дер Моор поставила лампу на стол, подкрутила фитиль, отчего по гардинам запрыгали причудливые тени, и спросила:

– Итак?

Мартин достал из кармана деньги, развернул их веером, чтобы можно было разглядеть номинал купюр. Глаза Фрау ван дер Моор широко раскрылись, она протянула было руку, но Мартин прихлопнул пачку ладонью.

– Прежде чем я заплачу, – сказал он, – я бы хотел убедиться, что ваш вампир настоящий.

– Конечно, настоящий, – ответила хозяйка. – Он достался мне в наследство. Мой дядя показывал его на ярмарках. Тогда были хорошие времена, не то что сейчас. Люди верили в чертей, русалок и вампиров, и на этом можно было хорошо заработать…