Возможно, таковы были особенности местного сервиса, но мне пришли на ум истории о привидениях, появление которых сопровождалось резким понижением температуры. Завернув краны и наскоро натянув одежду, я хотела выйти из ванной комнаты, но остановилась у двери, представив, что за ней поджидает голодная упыриха. Холодные руки, дьявольский блеск в глазах, острые, как иголки, клыки…

— Глупости! Не мне бояться вампиров. Я – Охотница и никакая нечисть меня голыми руками не возьмет!

Произнесенные вслух слова должны были вселять оптимизм и уверенность в собственных силах, однако не произвели никакого впечатления. Страх остался, но я все же заставила себя сделать шаг вперед.

Комнату окутывали густые сумерки. Валерия лежала неподвижно, с головой накрывшись одеялом. За окном, где–то очень далеко выла собака. Этот протяжный вой холодил кровь и предвещал скорые беды. А потом пришла тишина – густая, безграничная, такая, какой никогда не могло быть в большом городе. Я начала понемногу успокаиваться, но потом сообразила, что не слышу дыхания Валерии.

— Лера…

Она не реагировала. Все это было очень странно. Вампиры, не спали по ночам, а живые люди дышали и ворочались во сне. Следовательно, моя соседка не относилась ни к тем, ни к другим, значит… Рука повисла в воздухе, так и не решившись коснуться лежавшего на кровати тела.

— Валерия, ты не спишь?

Она молчала – мертвецы не имели привычки разговаривать. А собака за окном вновь подала голос, завыла еще громче, еще тоскливей. Преодолевая страх, я все же дотронулась до Валерии, тряхнула ее за плечо. Тело под одеялом было неестественно мягким, оно не могло принадлежать человеку ни живому, ни мертвому. По спине поползли струйки холодного пота. Страх стал нестерпимым, и тогда я решительно сдернула жиденькое гостиничное одеяло.