– Куда вы?
– Как куда? Заберусь в свою машину, зажгу свет и буду ждать буксир.
– Вы, кажется, допускаете, что я способен бросить среди ночи одинокую женщину в поломанной машине?
– Но не можете же вы сторожить меня полночи? Ведь он приедет не раньше, чем через полтора часа.
– Почему не могу? Ведь меня никто не ждет.
– Но мне неловко вас отягощать: уже второй час ночи, а у вас завтра, небось, рабочий день!
– Послушайте, – сказал Ян с легким раздражением, – перестаньте думать только о себе! Подумайте обо мне – что будет со мной, если я завтра узнаю, что с вами тут что-то случилось? Вы потом будете мне всю жизнь сниться!
Клара просто опешила от этой вывернутой наизнанку логики. Она тихо закрыла уже распахнутую было дверцу и молча уставилась на этого неправдоподобного чеха, не находя слов, чтобы ему возразить. А он, довольный произведенным эффектом, победно ей улыбнулся:
– Давайте лучше поговорим о Вагнере, – предложил он, вынимая из кармана пачку сигарет. – Не правда ли, удивительно, что этот щуплый, низкорослый урод, с цыплячьей грудкой, почти карлик, писал музыку такой силы?
Неспешно раскуривая свою сигарету, Клара спросила без особого интереса, а просто чтобы выиграть время на обдумывание сложившейся ситуации:
– Вагнер был низкорослый урод? Откуда вы это взяли? Я почему-то всегда представляла его себе могучим красавцем.
Еще несколько лет назад ее бы ничуть не смутила готовность незнакомого мужчины просидеть с ней в машине пару ночных часов.