— Когда окончательный ответ будет?

— До отхода «Аделаиды» все уладим.

— В таком случае, больше вопросов не имею, а остальное по ходу дела решим.

— Наконец-то!

Начальник ОДР встал. Я последовал его примеру и генерал, было, хотел выйти, но неожиданно остановился, и вновь засунув руку во внутренний карман кителя, извлек из него DWD-диск, в прозрачной пластиковой коробочке, который протянул мне.

— Что это? — взяв диск, спросил я.

— Недавно на нашем телевидении сделали подборку видеосюжетов по чуме, вырезки из новостных телепередач, выступления начальников из МЧС и частную видеосъемку в первый месяц Черного Трехлетия. Хотели все это циклом передач пустить, но цензура запретила.

— И что так?

Еременко покачал головой.

— Слишком много жестокости и очень уж все страшно.

— А у тебя эта подборка откуда?

— Втихую себе несколько копий сделал и решил, что некоторым людям, таким как мы с тобой, этот материал надо бы посмотреть. Тяжко, конечно, но чтобы понимать, до чего может доиграться человек надо увидеть результаты применения бактериологического оружия без всякой ретуши.

Сказав это, генерал замолчал и направился на выход. Я проводил его до дверей, мы пожали друг другу руки и, ни слова не говоря, обменялись молчаливыми кивками. Еременко вышел, а я хотел вернуться к себе. Но не тут-то было. Дорогу к лестнице мне преградили супруги и, понимая, что они ожидают от меня объяснений по поводу неурочной встречи с начальником ОДР, я решил не томить их неведением и, подойдя к ним вплотную, приобнял их за талии.

— Беспокоитесь? — спросил я дорогих для меня женщин. — И желаете знать, что происходит?