— Надеюсь, меня не посадят за растление малолетних? Этому бесёнку лет триста уже есть наверняка.

Вскоре во дворце появился Виталий. Он был поцарапан, со следами укусов на шее и груди. Злость в нём кипела, как смола в адском костре.

— Все, шабаш! Не могу больше! Лучше на раскалённую сковородку, чем на эту ведьму…

— Дурак! Это единственное наше спасение. На что ты ещё способен?

— Вот именно…

Но Ирина не успела дослушать, зазвонил видеотелефон, и счастливая физиономия Иудины заняла весь экран.

— Эй, ребята! Дуйте к нам! Здесь так классно. Развлечения на все вкусы. А я себе такого мальчика оторвала! — Из-под мышки Иудины торчали голые человеческие ноги, а дальнейшие слова её заглушил отборный мат.

— И на самом деле, пойдём погуляем! — предложила Ирина приятелю и взяла его под руку.

Виталий отскочил от неё как ужаленный:

— Сгинь, нечистая!!! Не прикасайся ко мне!

— Да ты что, спятил? Ни фига себе! Как мужика-то ад исправил, от любимого дела шарахается… — Ирина от души расхохоталась.

— И совсем не смешно, — обиделся Виталий. — Тут плакать надо!

— Ну, прости, прости, — перестала смеяться Ирина, — больше никогда до тебя не дотронусь. Пойдём, а то не успеем повеселиться.

На первой же площадке, где шло веселье, грешников встретили возгласами ликования. Их потащили к кострам, где вместо котлов со смолой жарились туши свиней или баранов, рядом сидели и лежали вперемешку грешники и черти. Все были пьяны. На коленях у некоторых визжали и хохотали женщины. Два огромных беса, в одном из которых Ирина узнала стража Великого Зверя, подошли к прибывшим гостям и положили под ноги им шкуры леопардов. Ирина и Виталий устроились на них со всеми удобствами. Женщина, одетая римской рабыней, поднесла им по кубку вина и тут же опустилась на колени перед Виталием, лаская и целуя его ноги. Ирина подмигнула приятелю: